Остаточные явления. Пресс-конференция

 

— (…) Во-первых, сразу всех предупреждаю: по-английски я только тексты «Битлз» могу цитировать. На слух тоже понимаю плохо. Читать могу, так что присылайте записки. Но отвечать буду по-русски. Расшифруете потом. С переводчиком тягомотно слишком. Я отказался. И ещё вот что. Буду… (Кашляет.) Буду отдавать предпочтение вопросам от российских журналистов. Не потому, что я высоко ценю их профессиональные качества, хотя попадаются и у них такие. (Смех в зале.) Просто обращаюсь, наверное, к российской аудитории прежде всего. Если вы из России, напишите это прямо на листе а-четыре большими буквами, чтоб я видел. У остальных заранее прошу прощения. Вы тоже, конечно, тяните руки, пожалуйста, но в виду просто имейте… (Кашляет.) Ну, давайте начнём что ли… Вот, девушка уже успела написать эр и эф на листочке… Пожалуйста.

— Светлана Волобуева, «Аргументы и факты». Роман Романович, вопрос очевидный: почему вы обращаетесь к российской аудитории из столицы другого государства? Спасибо.

— Почему, значит… (Кашляет – долго и судорожно.) Простите, третью неделю кашляю уже… Почему я нахожусь в столице другого государства. Ну, например, потому что мне в данный момент физически страшно. Ехать в Россию.

Да, пожалуйста, вы.

— Частицын Михаил, НТВ. У меня вопрос ещё более очевидный: заражены ли вы вирусом бессмертия? Первое, что мир о вас узнал два дня назад, было, что в середине августа вы погибли. Сегодня утром вы неожиданно объявляетесь в шведском посольстве, живой и невредимый. Если вы не заражены, каким образом вы воскресли? Спасибо.

— Как я воскрес… Ну, во-первых, в шведском посольстве я объявился не сегодня утром, а в августе. Четырнадцатого числа, если быть точным. Потом меня две недели перевозили с места на место, в высшей степени конспиративно. Я глубоко признателен господину Оландеру, всем остальным сотрудникам посольства… Меня и собственно в Швецию собирались экспортировать. Как раз три дня назад собирались. Но тут многие угрозы моей безопасности отдали концы в межзвёздное пространство. Если б я был заражён, меня бы сейчас препарировали вместе с ними. Это ответ на ваш вопрос…

Ну, даже, предположим, если бы агент ушёл и оставил меня на Земле одного в качестве эмиссара или плацдарма… Я бы вам здесь не на вопросы отвечал. Я бы рассказывал про заговор жидов и ФСБ против Папы Римского… (Кашляет.) Грубо говоря. И рефлексия меня б не изводила… А воскрес я потому, что не умирал. Я – да, отослал прощальное письмо своим – ну, пусть будет «соратникам». Из города Россошь Воронежской области. Написал, что осознал, что я наделал. Что намерен свести счёты с жизнью. Письмо, естественно, было перехвачено спецслужбами. Тремя, как минимум. Во вторник откуда-то из недр ФСБ начала всплывать информация и обо мне, и о моей кончине, и масса других откровений. Интересно, искали они моё тело или нет…

Факт в том, что умереть мне не удалось. Я человек довольно трусливый. Умертвить себя собирался без драматизма, внутривенной инъекцией. Пошёл искать аптеку, чтобы купить что-нибудь усыпляющее, умертвляющее… И шприц. Первая аптека была на ремонте. Вторая на переучёте. Третья просто закрыта. На большой замок, без разъяснения причины. Люди на улице сказали мне, что есть и четвёртая, но момент был уже упущен. Растряс я свою решимость, пока бегал по городу Россошь. Стал думать, а что мне терять. А что если как раз взять и сделать то, о чём все спецслужбы всё равно подумают в первую очередь. Они же все подумали… Ну, вы понимаете: что раскаяние и самоубийство своё я разыграл просто. Поэтому, когда я свалился на голову шведской дипмиссии в Киеве, там никто не осенял себя крестным знамением. Приняли без разговоров. Кормили очень вкусно.

Ага, давайте вы, пожалуйста. Да, вы, в третьем ряду.

— Эээ, Татьяна Шелина, газета «Известия». Господин Жук, сведения о вас, которые поступали последние два дня, очень отрывочные. Вас называют первооткрывателем вируса бессмертия, вы, несомненно, были ключевой фигурой в проекте «Лазарь», но вот – я цитирую вас: «написал, что осознал, что я наделал». Не могли бы вы поконкретней? Что конкретно вы «наделали»? Какова была ваша роль в летних событиях? В чём вы раскаиваетесь? По вашему мнению, есть ли основания для привлечения вас к уголовной ответственности? Спасибо.

— В летних событиях я участия не принимал… (Кашляет.) Да что ж такое… Летом я был уже не у дел. Сидел в Воронежской области. Кстати, пользуясь случаем, хочу передать огромный привет Виталику, бабе Саше, бабе Ире и бабе Нине. (Машет рукой.) Низкий вам поклон за гостеприимство.

Дальше. Ключевой фигурой в проекте «Лазарь» был не я. Ключевой фигурой был генерал ФСБ Дмитрий Сахаров. Первооткрывателем агента – вируса бессмертия – я тоже являюсь с оговорками. Я был первым специалистом, который обратил внимание на Зину Смирнову. То есть на исходную носительницу. Это верно. Однако в лабораторных условиях – там приоритет надо отдать Виктории Вронской, моей ассистентке. Она первая выделила псевдоклетки. Вика, тебе тоже привет. (Машет рукой и кашляет.)

Дальше. В чём я раскаиваюсь. Понимаете, первый раз я вплотную наблюдал процесс воскрешения пять лет назад, осенью девяносто девятого. У меня не было ни малейшего сомнения, что феномен передо мной подлинный и совершенно новый. Мои дальнейшие действия, если бы я не был тщеславным кретином… Что я должен был сделать? Ввести в курс дела хотя бы двоих-троих коллег из смежных областей – это раз. Задокументировать процесс воскрешения на порядок тщательней. Всё записать как следует. Найти выпускника инъяза, сесть вместе. Более-менее адекватно перевести всё на английский. Размножить. Зину Смирнову вывезти на время за границу куда-нибудь. Всю собранную информацию разослать – всем и сразу. В Москву, в Стокгольм, в ИНСЕРМ, в Гейдельберг, в Лондон, японцам, в журналы во все. Но поскольку тщеславный кретин, вместо этого я… (Извлекает откуда-то из-под стола большой полосатый термос, откручивает крышку и наливает в неё нечто тёмное и дымящееся. Отхлёбывает.) Вместо этого я поехал в Москву, где занимался липосакцией и разыскивал мецената, помешанного на вечной жизни. Собранные данные держал у себя. На дискеточках, в скромных папочках…

У меня всё предельно стройно было в голове. Я рассуждал: за границу такое посылать – непатриотично, а со своими делиться – бесполезно, всё равно у них ни оборудования, ни денег. Через год я нашёл Веденеева, получил какие-то деньги и головорезов в помощь. Выкрал Зину, организовал в лесу пародию на исследовательский центр. Возился там самозабвенно. Ковырялся, как дитё в заводном паровозике. Что мы выяснили за два с половиной года – тот же Каролинский институт разложил бы по полочкам за три-четыре месяца… (Отхлёбывает, морщится от боли в горле.)

Время было безнадёжно утеряно. Три с половиной года. Понимаете? (Обводит взглядом зал.) Всё это время я мог бы… Мне стоило просто… Куда там. (Машет рукой.) Дожидался, пока про агента пронюхают наши бойцы невидимого фронта. У этих, конечно, были и деньги, и оборудование, и секретные циркуляры, и Жора Грибовой про запас на поводочке. Только наука побоку им. И я это, конечно, прекрасно видел, и даже пыжился поначалу. Пытался умалчивать, что мог, совал им вроде как прутики в колёса в их ярославском санатории. С самого начала при этом знал, что выдам рецепт рано или поздно. Ну и выдал. Прямо ли, косвенно ли – это неважно… (Морщится и кашляет.) Они бросились прививать друг другу бессмертие по сходной цене. В течение лета, видимо, допрививались до некоего – до некой критической массы. И в понедельник – все знают, что в понедельник. Понятно, в чём я раскаиваюсь?

Что вы ещё спрашивали? Я забыл уже.

— Эээээ, по вашему мнению, могут ли вас привлечь к уголовной ответственности? И хотите – готовы ли вы сдаться в руки российского правосудия?

— Это сложный вопрос… Понимаете, если меня будут судить за антиправительственный заговор, если я буду сидеть рядом с Сахаровым на одной скамье подсудимых, и мне будут втирать, как я помогал плести сеть вокруг Будина и Браткова… О нет. Я не хочу в этом междусобойчике участвовать. (Качает головой.) Таких романтических преступлений я не совершал.

Ну вот, давайте теперь не из России. Вот вы, пожалуйста.

— Виктор Гайдукевич, канал «Один плюс один». По вашему мнению, у Сахарова были более могущественные покровители? Как далеко тянется цепочка тех, кто стоял за летними событиями? Спасибо.

— Не знаю, куда именно она тянется… Ну, до Бадружева точно тянулась до понедельника… Сейчас, конечно, всех собак повесят на Сахарова – уже начали вешать. Я не могу сказать, что я не предвкушаю соприкосновения морды Сахарова с навозом, но Сахаров, при всей его личной инициативности, – он не мог бы всё это без одобрения или, как минимум, попустительства… Почему я и назвал этот суд междусобойчиком. Суд, который над ним непременно устроят в кратчайшие сроки, я имею в виду.

(Разворачивает одну из записок, которые всё это время подносил и складывал рядом с ним молодой человек в круглых очках. Читает, наморщив лоб. Разворачивает ещё несколько.) Вот записка с итальянской как будто подписью… Кьяра Туккио… Как? Туччо? Прошу прощения. Кьяра Туччо. «Ля Република». Вопрос про как я вижу перспективы дальнейших исследований. Исследований агента, надо понимать. Ну, учитывая что агента у нас на руках больше нет, я грандиозных перспектив не вижу. Пока.

Я разговаривал с Кондрашовым по телефону сегодня днём. Долго. Ничего нового за лето у них никто не открыл, конечно. Все с утра до вечера занимались «оптимизацией процесса пересадки». Кондрашов клянётся – я ему, кстати, вполне верю – он клянётся, что заикался им, что товарищи начальники, вы одурели, это ж вам не бронежилет надеть, это ж вообще неизвестно что да откуда. Ему знаете что ответили? Что у России… (От особенно сильного приступа кашля его глаза наполняются слезами.)Сказали, чтоб не саботировал исторический шанс. Мол, нечего профессорские нюни растирать, пересаживай давай. Вот они и пересаживали. А по ночам, естественно, пили, тряслись от неизвестности. Судите сами, какая тут наука…

Что делается в Каролинском институте, комментировать, к сожалению, не могу. Меня же ради моей безопасности держали в страшном секрете. Ни с кем не давали говорить – даже с Викой, которая там нынче работает. Ещё раз спасибо, я не жалуюсь, объясняю просто…

А от себя что могу сказать? Мне нравится, что Кондрашов скормил все данные физикам. Так наверняка перспективней, чем возиться без конца с биологической бутафорией… Конечно, основных вопросов у нас, ну, три. Два из них сугубо научные. Как агент действует. Откуда взялся и куда делся. Я на сегодняшний момент уверен на девяносто девять процентов, что агент, как бы он ни работал, к разуму никакого отношения не имеет. Ни к высшему, ни к божественному, ни к этому – нелинейному. Можно допустить, что его породило разгильдяйство некой сверхцивилизации. Мне, однако, ближе мнение, что если разгильдяйство не искоренить на определённом этапе, цивилизация далеко не уедет.

Поэтому зафиксируйте, пожалуйста: мозгов у агента – как у вируса гриппа… (Ухмыляется сквозь кашель.) Ноль мозгов. Ноль умысла. Ведь вирус гриппа размножается не для того, чтобы у вас была температура. Он размножается, потому что может.

Я знаю, конечно, какие у вас всех заголовки. Про козни Сатаны, про десант инопланетных духов. Как параллельные вселенные трутся друг о друга я тут ещё читал. Я понимаю, у вас работа такая, но будь моя воля, вы бы все напечатали метровыми буквами через первую полосу, вот так (показывает руками размер заголовка): «Вирус бессмертия — безмозглый паразит. Всё, что мы писали с середины июля, – чушь на постном масле». (Смех в зале.)

Повторяю: я почти не сомневаюсь, что за агентом не стоят никакие мыслящие силы. А коли так, то особенно интересным делается вопрос номер три, который не то чтобы научного характера… (Зажав кулаком рот, давит в себе кашель.) Ведь мы получили натурфилософское такое откровение. Посреди нашей крысиной возни… Среди нашего вечного онтологического нытья природа вдруг хрясь! – и мы поставлены перед фактом. Если приблудная космическая дрянь способна нас воскрешать, если она копирует наше сознание почти безупречно и трое суток может эту копию хранить безо всякого мозга, в своих загашниках, – значит что? Значит, и смерть вполне обратима, и сознание, пожалуй, не так сильно отличается от «Виндоуз» с потрохами, как нам хотелось бы. С чисто практической точки зрения, что позволено космическому паразиту, то и нам позволено. Можем, в принципе, жить вечно. Можем штамповать самих себя под копирку… С таким откровением – что мы с ним будем делать? Куда мы его вставим? Повесим перед собой на палке, как морковку перед ослом? Откроем всемирный НИИ вечной жизни в Ярославской области? Или запихнём в сторонку аккуратненько? Разойдёмся по своим углам и религиям, будем дальше нашу волынку, как это говорится… (Качает головой, глядя в стол.) Видите, какие мысли лезут в голову, если ты в страшном секрете. (Смех в зале.)

Ладно, давайте ещё кого-нибудь из России. Вот вы, молодой человек. Пожалуйста.

— Антон Дементьев, «Труд семь». Вы говорили об историческом шансе России… Как вы считаете, вирус бессмертия случайно объявился именно на территории России? Или в этом действительно был заключён некий знак свыше, некий уникальный шанс для нашей страны, который мы, как обычно, упустили? Спасибо.

— (С явным раздражением.) Я не говорил про исторический шанс России. Про это спрашивайте генерала Сахарова, пока его не удавили в камере бывшие поклонники… Вы вообще слушали, о чём я говорил последние несколько минут? Хорошо, пусть вас не устраивает моя версия про случайного паразита из дальнего космоса. Это ваше дело. Вы вольны верить, что за каждым чихом стоит божественное провидение. Но объясните мне, что у вас у всех за местечковое провидение такое? Что это за племенные божки у вас в пантеоне? Уникальный шанс для России – как вы это себе представляете? Отмена смерти на территории отдельно взятой Российской Федерации? Как Грибовой обещал? Ну так пожалуйста, именно этим наши богопомазанники и занимались всё лето… Если взять Россию, как она у нас трактуется на официальном уровне, то есть Кремль – Лубянка – Охотный ряд, никто там не упускал никаких шансов. Все мобилизовались. На борьбу с собственной смертностью. Уникальное явление, извините, просрали в кратчайшие сроки. (Багровеет и нервно потирает руки.) Не для себя, а для всего человечества просрали, понимаете? Я не знаю, шанс или не шанс. Я знаю зато, что ничего похожего не было с начала нашей истории.

Человечество тратит миллиарды в твёрдой валюте, чтобы найти плесень на Марсе, чтобы хоть какие-то следы жизни за пределами нашей планеты… (Кашляет.) Астрономы годами следят за звёздами, мерят, считают, ищут какие-то микроскопические колебания. Стоит им вычислить очередную газовую дуру размером с три Юпитера, вы же сами все пишите: «Ещё одна планета в дальнем космосе! Где большие, там и маленькие! Где маленькие, там и жизнь! Оооо!» А тут… Это же надо ж было… Агент же не на кометах паразитировал. На людях и свиньях он. Понимаете? Там, в дальнем космосе, есть неземные свиньи! Как минимум. И доказательство было здесь, прямо здесь, прямо на Земле! С доставкой на дом! Да ещё какое доказательство! Но мы же нет – мы все – я, Сахаров, Кремль, ваша агитбригада – мы из него сделали кукольный театр с кровью вместо кетчупа… (Беззвучно шевелит губами. Отхлёбывает из чашки. Морщится.)

(Ровным голосом.) Давайте следующий вопрос кто-нибудь. Пожалуйста.

 

ДАЛЬШЕ

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s